— Береги себя, Люй И… — Голос Чун Яна дрогнул. — Жди меня. Я вернусь!

Она отвернулась, чтобы скрыть боль.

— Вы спрашивали, почему я приехала и стала вашей женой, — сказала она. — Вы приняли моё молчание за безразличие, и это причинило вам боль. Но я не дала ответа, потому что не знаю его. Я хотела видеть вас, слышать ваш голос, отдать вам мою жизнь… Но я разболталась… Уезжайте. Умоляю вас, уезжайте сейчас же!

Чун Ян не шевельнулся, и тогда Люй И повернулась к нему спиной и ушла. Нефритовые колечки позвякивали, шёлк платья шуршал на ветру. Чун Яну показалось, что его жена не идёт, а плывёт над землёй. Вскоре она скрылась среди деревьев.

Для молодого человека начались тяжкие испытания.

Он знал, что может и не преуспеть, но ни разу не захотел прервать поход в столицу, за славой, и вернуться в свою хижину. Пыльная дорога петляла, пролегая через поля и холмы. От жары у Чун Яна всё время пересыхало горло. Над головой простиралось бесконечное небо. Он чувствовал себя крошечным смешным человечком и думал, зачем отказывается от хорошего в пользу худшего и бежит от жизни и любви в смертельные объятия иллюзии.

Сомнения лишали Чун Яна сил, и он добрался до Пекина только через два месяца. Его лицо обветрилось и загорело, ботинки прохудились, одежда превратилась в лохмотья.

Столица Поднебесной была окружена широким рвом и величественной крепостной стеной, украшенной бойницами и флагами с золотыми драконами. Над башнями, где несли дозор лучники, кружили ласточки.

Шумная толпа шла по подъёмному мосту к похожим на зияющее око центральным воротам.

Первое императорское состязание состоялось в месяц второй луны. Когда зацвели сливовые деревья, был объявлен результат. Чун Ян преуспел и оказался в числе отобранных для заключительных испытаний, открывающих путь к подножию трона Императора.