— Хорошо.

Вот чучело, только удалось его забыть — так на тебе, явился!

— Мне жаль, что все так вышло,— начал Георг, когда Юн спустился вниз. Элизабет налила кофе. На столе стояло блюдо с печеньем из магазина — он покупал его, когда надоедало упрашивать сестру испечь домашнего. Юн пропустил мимо ушей извинения водолаза и спросил, что ему надо.

— Ты не мог бы помочь нам сегодня? Нам нужны четыре человека, чтобы открыть вентили. К тому же этот хозяин компрессора не умеет лазить.

— Лазить?

— Ну да. Нам надо подняться к озеру на горе.

Юн с шумом отхлебнул кофе.

— Не-а,— сказал он.

Водолаз оторопел. Он, видно, думал, что Юн — безотказный и всегда готов явиться по первому зову.

— Это как понять?

— Как «нет».

— И это весь твой ответ?

Да, больше ему нечего сказать. С трубами и водолазами он покончил. На новый водопровод ему плевать: к жизни Юна он отношения не имеет. Пустое дело, смех один.

— У тебя, значит, есть дела поважнее?

— Нет.

— Денег хочешь больше?

— Нет.

Георг повысил голос:

— И ты никак не можешь подсобить нам пару часов сегодня вечером? Нам нужны четыре человека, но никто не хочет.

Юн стоял на своем, не вдаваясь в объяснения.

Георг в бешенстве вскочил. Элизабет молчала, только укоризненно смотрела на брата. Ночью она опять предала Юна — пусть только попробует теперь учить его, тем более при людях.

Водолаз развел руками.

— Ну ладно,— сказал он.

Потом добавил еще раз «ну ладно», бросил пристальный взгляд на брата с сестрой и ушел несолоно хлебавши. Юн вышел следом за ним на крыльцо.

— Не сюда! — крикнул он, когда водолаз отошел метров на сто.— Так в болото угодишь.

Георг остановился, посмотрел на тропинку и вернулся на пару шагов назад.

— Что ты несешь? Я же пришел по этой дороге? Юн помедлил с ответом, потом тихо сказал: