Она сразу же уютно устроилась в карете и приказала вознице:

- Погоняй!..

Лошади легко понесли карету в сплошной белой мгле. Фрося положила голову девушке на колени и блаженно прикрыла глаза.

- Батюшки!.. Она же никого к себе не подпускала! - перекрестился Пиранделло.

- Ура! - заорал возница. - На большак вылезли!!!

Герстнер церемонно снял шляпу. Девушка предупредила вопрос:

- Меня зовут Мария.

- Местная? - сразу попытался уточнить Зайцев.

- Это как посмотреть, - рассмеялась Мария.

Родион Иванович увидел, как Мария зябко передернула плечами.

- Озябла, Машенька?

- Ага. Ждала вас долго.

Пиранделло тут же сбросил с плеч кафтан, набросил его на девушку… Зайцев поспешно вытащил свою подзорную трубу, отвинтил окуляр, налил в него из трубы водки, проворковал:

- На-ко хлебни, Манечка…

Не чинясь, Маша выпила и пустила трубу по кругу. Когда очередь дошла до Герстнера, тот с инженерным интересом осмотрел трубу:

- Как же вы смотрите через водку, Тихон?

- А через ее завсегда лучше видно, Антон Францыч.

- Какой талантливый народ! - Герстнер выпил, передал трубу Родику. Тот налил себе в окуляр:

- Твое здоровье, Машенька. Тебя нам словно Бог послал…

- Вообще-то так оно и было, - весела ответила Маша.

Родик выпил и, потрясенно глядя на Машу, проговорил:

- Да, есть еще женщины в русских селеньях…

В Петербурге у отеля «Кулон» Родик руководил разгрузкой экипажа. Зайцев стоял на крыше кареты, сверху подавал багаж. Фрося охраняла поклажу

- бросалась на каждого проходящего.

- Жить будем здесь - каждому по комнатке. Штаб назначаю в апартаментах Антона Францевича. До утверждения проекта - никаких увольнений!