– Так завяжи, – предложила я.

– Видишь ли, – Клэр задумалась. – Не такой уж он хороший врач.

– Ах, ах, ах, – Лекси захихикала. – Знаете, кого я видела вчера в «Нордстроме»?

Клэр надулась.

– Ты ходила в «Нордстром» без меня?

– Мишель Пфайффер.

Я принялась ахать и охать, хотя у нас на студии снимались три фильма с участием Мишель, и я видела ее на съемочной площадке примерно семьсот раз. Лекси обожает бросаться подобными именами, и, хотя мне легко нанести ей встречный удар, рассказав о собственных встречах со звездами, я предпочитаю помалкивать. Общаясь с Лекси, мне приходится то и дело прикусывать язык. Но, если оставить в стороне чепуху про знаменитостей и их поклонников, я терплю присутствие Лекси: – ей всегда известны последние новости, которые мы не прочь послушать.

Лекси всегда знает, где можно поразвлечься.

В Лос-Анджелесе быть незамужней куда сложнее, чем в Сан-Франциско или в Нью-Йорке. В городах, где жизнь сосредоточена в центре, вы можете легко перепархивать из клуба в бар, а оттуда в другой клуб, сев на такси. В Лос-Анджелесе, где увеселительные заведения постоянно меняют свои адреса, а расстояние между ними составляет двадцать – тридцать миль, лучше составить план действий заранее, иначе вас ждет неминуемое и быстрое поражение. Лекси, обладательница бесконечных ног и неизменной улыбки, всегда в курсе дел.

Клэр достала ежедневник.

– Выкладывай.

– «Лос-Фелиз» больше не в моде, – защебетала Лекси. – «Юкатан», «Румба», на прошлой неделе это все.

– А что мы имеем на этой неделе? – спросила я. – Нет, бог с ней, с этой неделей – что на следующей? Я бы хотела взглянуть на заведение, пока туда не набьется толпа народу.

– Следующая неделя, – Хофорн.

– Брр.

– Именно. Раньше было «брр», а теперь «ух ты!».

Клэр засомневалась.

– Ты говоришь о конкретном клубе или ресторане или о Хофорне вообще?