Я закрыла тяжелую подвальную дверь, задвинула засов, поправила прическу и снова нырнула в полуденную суету Лос-Анджелеса.

В «Эппл Пэн» было людно, но у Клэр только-только закончился роман со здешним метрдотелем, Алексом, и даже сейчас, после весьма болезненного разрыва – она не разговаривала с ним девяносто дней, называя это Периодом Очищения, – он всегда старался обеспечить нам лучший столик и бесплатный кусок персикового пирога на десерт.

– Добрый день, леди, – подмигнув, поприветствовал он нас с Клэр. Он был красавцем, каких поискать: такие встречаются только в мыльных операх – копна каштановых волос и чудесное лицо, которое так и хочется покрыть поцелуями. – Вас двое?

– Трое, – ответила Клэр. – Сейчас подойдет Лекси.

Алекс кивнул и ушел, не показывая прочим клиентам, что нам с Клэр оказывают здесь явное предпочтение.

– Неужели он до сих пор в тебя влюблен? – сказала я. – После того, как ты дала ему отставку?

Клэр посмотрела вслед Алексу.

– Было нелегко. Не было выбора.

Клэр, моя лучшая подруга, возглавляет отдел на телестудии «ФОКС» и в рабочее время крайне редко говорит распространенными предложениями.

– Он смотрит на тебя таким собачьим взглядом.

– Я же сказала, выбора не было. Он такой сладкий. Как леденец.

Мы пришли на пять минут позже назначенного времени, но Лекси все еще не было. Это в духе Лекси, у которой слишком белые зубы, слишком узкие бедра, и которой ничего не стоит явиться на встречу на час позже, хихикая и потряхивая локонами, как ни в чем не бывало – лишь бы вокруг было в достатке представителей противоположного пола.

– Интересно, где у Лекси желудок? – как-то спросила я Клэр.

– Внутри.

– Где внутри? Она же совершенно плоская. А если у нее есть желудок, где умещается печень? И почки?