– Почек у нее нет.

– Нет почек? Но как тогда очищается ее кровь?

– Крови тоже нет, – сказала Клэр. У нее на все есть ответ.

Алекс провел нас в отдельную кабинку в глубине зала, отставил мой стул и плавно подвинул его в нужном направлении именно в ту секунду, когда я соизволила опустить на него свое мягкое место. Он улыбнулся и снова исчез.

– Не понимаю, – сказала я Клэр. – Может, все дело в том, что он официант? Или мало зарабатывает?

Клэр покачала головой.

– То, что он официант, меня не волнует. И деньги у меня есть.

– Он тебе не звонит?

– Постоянно.

– У него были другие женщины?

– Он заводил их только ради того, чтобы заставить меня ревновать.

Я задумалась, пытаясь понять, почему моя подруга рассталась с таким чудесным парнем. Я знаю Клэр пятнадцать лет, и ее вкусы и предубеждения известны мне лучше, чем мои собственные.

Кажется, дошло.

– Это из-за его матери!

Клэр вздохнула, словно никогда не слышала большей чуши.

– Мать – больной вопрос для всех мужчин, – и, потеряв терпение, сказала: – Он кусался.

– В постели?

– В постели.

– Он кусал тебя?

– Он кусал себя.

Я не сдержала улыбки.

– Теперь я буду смотреть на персиковый пирог иными глазами.

Лекси появилась с опозданием на пятнадцать минут в открытом платье ярко-желтого цвета от Синтии Роули, и Алекс потерял пять баллов за то, что, прежде чем усадить Лекси рядом с Клэр, не сдержался и мысленно облизал первую с головы до ног. С нашей последней встречи Лекси похудела еще больше и теперь могла без труда пройти через шланг для поливки газонов.

В каком-то журнале я прочла, что, если взять куклу Барби и увеличить ее до размеров живого человека, женщина с такими пропорциями не сможет ходить и будет постоянно падать из-за худобы и слишком большой груди. Лекси является живым опровержением этого тезиса. Если увеличенная копия куклы Барби познакомится с Лекси, Барби убежит в слезах, чтобы немедленно заняться похуданием.