— Да что вы, тетя Бетти, как вы могли такое подумать! Здесь ведь мой дом, и вы самые близкие мне люди!

Миссис Чилдерс — единственная из присутствующих, кто удосужился переодеться после утренней выпускной церемонии, назвала Шарлотту «милочкой», сделала ей комплимент по поводу того, как хорошо она выглядит, и выразила надежду, что в Дьюпонте девушка немедленно соберет вокруг себя целую толпу поклонников и воздыхателей; хоть она и из провинции, обаяние и ум уложат к ее ногам мальчиков из самых лучших семей.

— Ой, ну что вы! — Шарлотта улыбнулась и покраснела от смущения, причем смутилась она вполне искренне, потому что при упоминании мальчиков в ее сознании всплыли образы Чаннинга и Брайена Слава Богу, что никого из класса кроме Лори, здесь не было.

На счастье Шарлотты, внимание гостей отвлек от ее персоны Джо Мибейн, владелец небольшой закусочной на шоссе 21, где по утрам подавали по-домашнему вкусное жаркое из печенки и почек, а в витрине была выставлена чуть ли не дюжина сортов жевательного и нюхательного табака Джо вдруг пришло в голову громко поинтересоваться у отца Шарлотты, стоящего около гриля:

— Эй, Билли! А откуда у этой девчонки в голове столько мозгов? Просто ума не приложу! Если это ей передалось по наследству, то уж явно не по отцовской линии, а со стороны Лизбет!

Отец взглянул на Джо, приценился к шутке и, не найдя ее слишком удачной, улыбнулся слегка натужно, а потом вернулся к своим хот-догам. Отцу было всего сорок два года, и его можно было назвать даже красивым — грубоватой красотой мужчины, всю жизнь занимающегося физической работой на свежем воздухе. После того как обувная фабрика Тома Макэна закрылась, а потом и пилораму Лоу перенесли куда-то в Северный Уилксборо, отцу удалось устроиться только сторожем на подмену в поселке Роринг Гэп, по другую сторону хребта, у каких-то отдыхающих из Флориды.