- Его убьют, если он не вернет долг, - сообщила мне Вика трагическую весть. - Это страшные люди.

Понятно, наркоторговцы - люди жесткие и страшные, если их только можно назвать людьми.

- Я отдам, - хмуро сказал Артур. - Через неделю… Или через две. Максимум.

Я пожал плечами.

Отдашь, подумал я, мои же деньги и отдашь. Когда ты уйдешь, Вика расскажет мне еще одну страшную историю. Как же мне это надоело!

- Сколько? - я снова достал портмоне.

- Пятьсот долларов, - слегка прикрыв веками черные дыры, ответил

Викин брат. - Пятьсот у меня уже есть. Всего я должен отдать штуку.

Так, подумал я, и быстро подсчитал: стало быть, двести Артурику дала сегодня добрая сестренка, сэкономив на косметике и парикмахере, а триста он где-то сшиб.

- Держи. - Я схитрил и отдал деньги не Артуру, а Вике. - Хочешь - отдай брату, хочешь - не отдавай. Эти пятьсот долларов я даю тебе в счет марта. - Я увидел, как очаровательное личико моей меркантильной возлюбленной вытянулось, а в глазах появилось то, от чего она недавно успешно избавилась, те же самые гневные искорки. - Двести я сегодня передал тебе с водителем. Ты получила, радость моя?

Вика не ответила, но кивнула и взяла деньги.

- Те пятьсот рублей, которые я дал тебе на такси, можешь не считать, - милостиво разрешил я.

Ежемесячно я давал Вике тысячу долларов, не считая того, что я тратил на наши с ней обеды и ужины в ресторанах и прочие, совместные забавы, и, не считая оплаты коммунальных услуг за однокомнатную квартиру, где она жила. Небезосновательно полагаю, что часть Викиных карманных денег, возможно, большая их часть, перекачивалась в вены ее братика. Дороговато мне обходятся эти гешвистеры! Кроме того, я стал спонсором законченного наркомана. Я оплачиваю его медленную смерть.

А может, ускорить путь Артура к могиле?

Интересно, как отреагирует Готлиб, если я попрошу его выполнить для меня такое щекотливое поручение? Наверное, ничего не скажет, только внимательно посмотрит на меня своими серыми, как и весь он,