
И обыватель не ропщет. Раз лорда Адмиралтейства говорят, что так надо для спокойствия и безопасности империи, для защиты ее, а значит и лично его, обывателя, жизненных интересов – следовательно, так надо. Да и что ему роптать, ведь на каждого жителя метрополии работают девять человек в колониях: малайцы, индусы, негры... Так что, если Их Лордства говорят, что флот Британии должен превосходить по силе два любых других флота, вместе взятых, что ж, обыватель даст деньги на поддержание «двухдержавного стандарта» – так нужно для защиты имперских интересов. Впрочем, осатаневшие от переизбытка патриотизма деятели Морской Лиги кричат и о «трехдержавном стандарте», но от них стараются держаться подальше даже сами адмиралы. Но, если будет нужно, то... Пусть только Адмиралтейство следит за всем, что может угрожать интересам империи.
И Адмиралтейство следит. Этот угрюмый тяжеловесный дворец, обосновавшийся в самом центре Лондона у Чаринг-Кросского моста, точно сыч медленно обводит морские горизонты тяжелым немигающим взглядом корабельных орудий, с подозрением глядя на любой корабль, не несущий на гафеле крест святого Георгия. Его стены хранят память о бравых пиратах королевы Елизаветы, внезапно превратившихся в сиятельнейших лордов. Нынешние обитатели дворца не заросли буйными бородами, вместо живописных лохмотьев на них расшитые золотом белоснежные мундиры, их холеные руки никогда не сжимали рукояти абордажных топоров, но души...
