– Ни минуты не сомневаюсь, – усмехнулся заместитель начальника разведуправления.

– И снаряды будут боевыми.

– Разумеется.

– Что мы должны делать, если корабль будет подбит? Ведь тогда русские могут захватить его.

– В этом случае вы должны затопить миноносец. В машине и других местах будут заложены подрывные заряды. Если возникнет угрожающая ситуация, вы нажмете кнопку, н через три минуты корабль пойдет на дно.

– Но разве это необходимо?

– Это приказ.

– А команда?

– Вас подберут русские, или те же рыбаки, так что беспокоиться не стоит, – спокойно разъяснил капитан 1 ранга.

– Но ведь спасутся далеко не все.

– С каких пор офицеры Его Величества стали сентиментальными?..

Действительно, уж в чем-чем, а в излишней чувствительности гос­под адмиралов упрекнуть трудно. «Кровь гуще воды», – что они подразумевают под этим выражением, понять трудновато. Может быть, что крови нужно пролить больше, чем воды... может быть, что кровь все-таки труднее лить, чем воду... Неизвестно. Но что совершенно точно, – так это то, что господа адмиралы никогда не сомневались в своем праве проливать чужую кровь.

Не надо заблуждаться – трусов среди них нет, ну, по крайней мере, почти нет. Они вполне способны хладнокровно курить сигару на мостике горящего и тонущего корабля, они способны пойти на верную смерть. Что поделаешь, за те привилегии, которые имеешь, нужно платить, и они платят. Но именно эта смелость и делает их еще страшнее. Уж если льется кровь баронов, графов, лордов, то что говорить о каких-то там...

Нет, это их святое право – проливать чужую кровь. Война? Это всего лишь средство заработать лишнюю корону на погоны, лишнюю прис­тавку к титулу, и так уже напоминающему большегрузный состав, лишние фунты стерлингов.