Глава восьмая

“Пятнадцать человек на сундук мертвеца”. — Звездный шатер. — Посещения. — Бедуины научной пустыни Арабов и Берберов.

Той осенью детей в палатах лихорадило веселостью. Мальчика уже привезли, уже положили в палату Князя с Княгинею, прислуживавшей всем помаленьку; Князя должны были протезировать, ему оставался год до школы, а врачи и протезисты все еще спорили о его кунсткамерном пальчике.

Вечерами дети пели нестройным хором: “Пятнадцать человек на сундук мертвеца, йо-хо-хо и бутылка рома!” Это означало, что Мирович снова читал им вслух “Остров сокровищ”, и все втайне восторгались негодяем Сильвером, потому что он, одноногий, всем заправлял, был главной пружиной действия, причиной событий.

Вечера и ночи стояли звездные, деревья не желали желтеть, ронять листья, над институтом и клиникой распахнут был шатер высокого неба, скиния светил, Мирович все собирался принести маленький телескоп, я не помню, принес ли, но в военно-полевой бинокль точно рассматривали из окон палат кусочек мироздания с присущей ему звездой Чигирь, на ночь читался “Атлас звездного неба”, потом “Аэлита”, позже, перед самым сном, полушепотом Князь с Княгинею читали молитвы, звучали незнакомые слова из неизвестной детям жизни.

— Жанбырбай, ты мусульманин? — спросил Петя.

— Я буддист. Хасан мусульманин.

— Хасан, ты мусульманин? — спросил Паша.

Никто не понял, что ответил Хасан, но ответ расценили как утвердительный.

— Все молитесь за меня, кто как умеет и кому может, — сказал Мальчик. — Скоро и по мне начнет музыка играть.

Его, безрукого и безногого, ждали четыре операции, директор во всеуслышание заявил, что здесь Мальчика поставят на ноги и сделают ему руки. Фразу про музыку я не понимала поначалу, а он много раз ее повторял. Впрочем, вскоре загадка музыки разрешилась.