Все валится из ослабевших рук; звенят мечи, монетки, колокольцы; скучает плоть; душа глядит на юг, когда бредут на север богомольцы. Нет ничего достойного пера: враг измельчал в поденщине коварства; жена изводит (мало ей ребра!); народ за водку отдает полцарства... Пора порвать рубаху на груди, за нож схватиться; выпить за Семена; пора молиться: "Господи, гряди!..." и кликнуть мужиков - нести знамена. Пора искать - угрюмо, днем с огнем обитель, скит, тюрьму, костер с палаткой и, обойдя весь мир, вернуться в дом туда, где умирают под лампадкой...

СВЯТО МЕСТО

Свято место пусто не бывает. По ночам там ветер завывает, В полдень - ночь кемарит в уголке. Или забредет какой прохожий, На простого ангела похожий, С посохом ореховым в руке.

Снимет он треух пятирублевый, Огласит молитвою суровой До камней разграбленный алтарь, И придут лисица да волчица, Чтобы той молитве научиться... - Здравствуй, - он им скажет,

Божья тварь...

Солнце глянет в черные отверстья, Голуби, как добрые известья, Разлетятся в дальние края. Грянет с неба благовест усталый, И заплачет ангел запоздалый... - Здравствуй, - скажет, - Родина моя...

ЛАМПАДКА

Я купил себе лампадку изгоняю тьму-змею и к небесному порядку приучаю всю семью.

Огонек-то невеликий, будто меньше нет огней, но зато виднее лики, и родные всё родней.

Сумрак рвется, как завеса. Замирает всяка плоть. Вот гвоздит Егорий беса, как велел ему Господь.

Серебрятся в светлом дыме над негаснущим огнем преподобный Серафиме, Богородица с Дитём.

Вот и мы, в соборной стати, хоть и сонм наш невелик: я, жена и два дитяти (ангельский пока что лик...)

Коротка молитва наша. Что попросим - Бог дает... Да не минула бы Чаша всех, кто к Чаше припадет.

Чтоб лампадка не погасла, освящая путь далёк, подольем немного масла и поправим фитилек...

И в ночи, такой кромешной, что и слез не сосчитать, уж дождемся день утешный и нежданный, яко тать.