Улица Сентрал-парк-уэст. Роскошные на вид дома с привратниками у дверей. Бегуны в стодолларовых кедах. Мальчишки на роликах и в дизайнерских очках. Няни с колясками-паровозиками. Парк совсем рядом, буквально у порога. Недешево, конечно. Зато удобно и безопасно.

— Вот мой дом, — объявляет Райли. — Здравствуйте, Чарлз.

Швейцар вежливо кивает:

— Добрый день.

Окидывает меня беглым взглядом и отводит глаза. Открывает дверь.

Темный вестибюль. Бархатный ковер до самого горизонта. На стенах живопись. Пейзажи, море. Что это — жилой дом или музей? Садимся в лифт. Пятнадцать кнопок с цифрами и «П» на самом верху. Райли нажимает «П».

— Я так понимаю, это не парковка, — говорю. — Разве что вертолетная.

— Пентхаус, — отзывается Райли. — Ничего особенного.

— Тебе легко говорить. А для такой деревенщины, как я…

— Может, ты и из провинции, но не деревенщина, — отвечает она. Протягивает руку и гладит меня по щеке. Откидывает волосы у меня со лба. — У тебя хорошее лицо, — говорит она. — Я в людях разбираюсь. Развитая интуиция. Ты ведь не маньяк, правда?

— Ты уже спрашивала, с тех пор ничего не изменилось.

— Потому что если ты маньяк, то берегись, — продолжает она. — У меня черный пояс по карате. И собака. И дом охраняется.

— За меня можешь не беспокоиться, — отвечаю.

Лифт останавливается. На площадке «П» всего одна дверь. Ничего себе — у них целый этаж!

Мы стоим на коврике с надписью «Добро пожаловать», и Райли ищет ключи.

Что-то мне подсказывает, что пентхаус в таком доме — штука недешевая.

— А чем занимается твой отец?

— Знаешь, что такое фондовые опционы?