– Посмотри, дорогая, на этот замечательный пиджачок...
И тут я осекаюсь, потому что жена хватает меня зарукав, делает большие глаза и прикладывает палец к губам.
– Тихо! – шепчет она. –Русские!
И показывает глазами всторону. А там, в стороне, действительнобродит пара, громко говорящая по-русски: этакая полноватая дама средних лет сплюсом, и с ней угрюмый мужчина в светлой рубашке с закатанными рукавами итакого же недвусмысленного возраста. Неиначе, как тоже на кондиционере воздуха экономят, а может, и правдапонадобилась им какая-нибудь юбочка. Нотолько слоняются они по магазину вольготно, как у себя на даче, и во всё горло разговариваютна своём иностранном языке, как будто их никто не понимает.
Тут мы с женой, конечно, умолкаем и делаем такие абстрактные,безмятежные, полностью американские лица. И глядим по сторонам, куда попало, но тольконе на ту сволочную пару. А она темвременем движется в нашем направлении, и полноватая дамочка говорит своему спутнику:
– Правда, Коля, эта кофточка подойдёт к моей синей юбочке?
На что Коля, не глядя накофточку, грубо отвечает:
– Как же, подойдёт она тебе,с такой задницей.
А женщина говорит:
– Ах, ничего вы, мужчины, не понимаете. Лучше я посоветуюсь с женщиной. Женщина мне врать не станет, тем болееамериканка.
И с улыбкой обращается к моей жене на своём жутком английском:
– Извините, пожалуйста, как