С началом наступления советских войск часть агентуры СД была оставлена на оседание в советском тылу для ведения разведки, совершения диверсий и организации повстанческого движения. Эти агенты передавались на связи фронтовым подразделениям Абвера. В ноябре 1943 г. одним из партизанских отрядов, действовавших в Белоруссии, был захвачен приказ штаба по борьбе с партизанским движением. В документе говорилось:

«Вся агентура полиции безопасности и СД и агентурные материалы должны быть переданы органам фронтовой разведки. В каждой резидентуре резидент должен подобрать 5 агентов из числа стариков и женщин, не подлежащих призыву в армию и трудмобилизации. С приближением фронта, резидент должен поставить перед ними следующие задачи:

агент обязан оставаться на территории занятой Красной Армией и собирать сведения о воинских частях: нумерация и место их нахождения, род войск, расположение штабов, батарей, аэродромов, танковых, зенитных и противотанковых частей, численность самолетов и типы танков. Особое внимание обращать на расположение многоствольных минометов «Катюш»;

перед оставлением местности разведчасти инструктируют агентов, уточняя задание, и снабжают их паролем для обусловленного места встречи».

Оперативные и особые команды СД направляли в небольшие города, райцентры и местечки свои подразделения — тейлькоманды и отряды численностью 10–18 человек. Такие отряды состояли из начальника подразделения, 5–6 следователей, 2 писаря, 4–5 переводчиков, 4–5 шоферов и 6–8 полицейских-охранников.

Зондеркоманды при подходе к городам выделяли из своего состава передовые отряды — форкоманды для захвата важных объектов — зданий партийных органов, отделов и управлений НКВД и архивов. При занятии осенью 1941 г. Харькова в город вступила форкоманда «Харьков» зондеркоманды 4а приданной 6-й немецкой армии, вслед за отрядом в город вступили команда и ее штаб.