— Он учится хорошо?

— Пятёрки и тройки. Четвёрок у него почти нет… Вы знаете, однажды он спросил у меня: «В азбуке тридцать две буквы. Что, если выбросить половину?» Я растерялась и ответила: «Нельзя: за буквами стоят звуки». Правда, неубедительно? Ведь некоторые звуки — это несколько букв. Я — йа, ю — йу… По-моему, он учится хорошо, а вот Зинаида Фёдоровна по истории ему ставит тройки.

— На прошлом уроке я отобрал у него водолазную трубку.

— Что ж, у него отец — моряк. В прошлом году я встретила их в Голубой бухте, километров десять отсюда. Меньшиков плавал с маской. Проплыл в двух шагах от меня и не заметил. А отец сидел на берегу, смотрел на него. Смешно смотрел— подперев щёку рукой, по-бабьи. И вздыхал.

Лидия Гавриловна замолчала.

— Я очень люблю их класс, — добавила она, — особенно мальчишек. Говорят, у мальчиков есть два возраста: когда они не моют уши и когда моют. Так у этих — переходный период. Скоро они будут делать причёски, носить узкие брюки и писать стихи. У некоторых окажутся золотые руки, золотые головы, золотые сердца… Очень забавные ребята. Девочки взрослее…

— Да. Мне кажется, самая способная из них — Никольская?

— Конечно. Её дядя — директор музея в Корсонесе. Приехала в прошлом году из Ленинграда. Очень развитая девочка. Из очень хорошей семьи.

Это почти суд!

Очень развитая девочка из очень хорошей семьи стояла в воротах. На руках её были тёткины капроновые перчатки. Ворота — два кирпича.

— Бью! — крикнул Пим и ударил с носка.

Мяч летел, шипя как снаряд.

Зойка закрыла глаза и подставила мячу ладони. Мяч ударился о них, отскочил и покатился в ворота.