Вагнер и Гатри – в особенности Вагнер – смотрят на Милна с напряженным вниманием, словно он – актер в пьесе, и ждут, когда тот наконец найдет свою статью. Милн перелистывает газету и бросает случайный взгляд на первую полосу. Он видит свой репортаж и не может скрыть радости. Вагнер и Гатри расслабляются. Милн некоторое время читает репортаж, не замечая ничего вокруг.

Милн (Вагнеру). Вам нужна эта газета?

Вагнер. Нет. Возьмите себе.

Милн. Огромнейшее спасибо! (Вновь читает) Kapсон зашел поздороваться с женой и сыном.

Вагнер. Вы это уже говорили.

Mилн. Вы тоже занимаетесь полезными ископаемыми?

Вагнер. Нет, хорошенькими стервами.

Милн хихикает и возвращается к чтению.

Нашли что-то интересное?

Милн наконец откладывает газету.

Милн. Вообще-то я журналист.

Вагнер. Ах вот как?

Милн. Я работаю на «Мир по воскресеньям».

Вагнер. Понятно.

Милн. Ну не то чтобы именно на «Мир по воскресеньям».

Вагнер. Так что же вы все-таки здесь делаете?

Милн. Пишу репортажи о восстании. Интервью с полковником Шимбу на первой полосе – это мое.

Вагнер. Замечательно. И как же вы его нашли?

Милн. Слегка раздражительный, но в целом…

Вагнер (вскипая). Я спрашиваю, как вы его нашли?

Милн. А, вот вы про что! Простое везение. Его люди остановили автобус, на котором я ехал.

Вагнер. Зачем? Что они искали? Деньги? Продукты?

Милн. Нет. Они раздали нам брошюры, прочли лекцию пассажирам и отпустили их. Но меня они задержали. Я был единственным белым на весь автобус. Это было за месяц до того, как все началось. Вообще-то началось все гораздо раньше, просто никто не обращал внимания, одни только разговоры ходили. Я был тогда в Ка-Си и решил провести рекогносцировку, тут-то ребята из АРНИ и взяли меня в заложники.

Гатри. Везет же некоторым.

Милн, Ага. Они таскали меня за собой пару недель, а потом я все же убедил Шимбу в том, что кто-то должен известить мир о его целях и требованиях. И тогда он дал мне интервью.