2. Поскольку конгломерат больше не мог финансироваться за счет системы государственных кредитов и дотаций, требовалось повысить его привлекательность для внешних инвесторов. Акции компаний, входивших в группу Samsung, обращались на бирже с конца 1980-х годов, но большого интереса у покупателей не вызывали, в первую очередь из-за того, что все управленческие решения принимались членами семьи Ли, и повлиять на них в какой-то степени могло лишь государство, тогда как у инвестора со стороны вообще на это не было шансов.

3. Традиционный менеджмент корейской компании предполагал пожизненный найм и продвижение по службе по выслуге лет, руководящие должности занимали только члены семьи, причем конфуцианская этика запрещала младшим родственникам высказывать свое мнение в присутствии старших. Концепция нового менеджмента предполагала, что Samsung избавится от всей этой «восточной экзотики» в кадровой политике и управлении.

4. Наконец, Ли Кун Хи потребовал установить приоритет качества продукции над количеством: компанию теперь больше интересовала рентабельность продукции, а не показатели роста ВВП Южной Кореи, который она обеспечивала.

Инициатива Samsung получила одобрение властей, судебное преследование Ли Кун Хи было прекращено, и он смог быстро восстановить отношения с Голубым дворцом. Перестройка структуры компании и имиджа ее продукции продолжалась до конца 1990-х годов, и в нынешнем десятилетии приложенные усилия многократно окупились. Когда в Корее гремели банкротства Hanbo, Daewoo, Huyndai и других компаний, Samsung Electronics начала наращивать экспортные обороты и доли в самых престижных секторах мирового рынка hi-tech.

Результат не заставил себя ждать, и скоро доход компании вновь вырос. Тогда же к компании присоединилась Korea Telecommunications Co, которая позже была переименована в Samsung Semiconductor & Telecommunications Co.