Но без своей школы дедушка быстро скис. Это бабушка так считает: он буквально скис, хоть и держался молодцом. Конечно, дедушка всю жизнь работать привык, быть директором школы, и вдруг на тебе — пенсионер, надо на партсобрании сидеть в ЖЭКе, по месту прописки. Кого хочешь выбьет из колеи!

Именно тогда вдруг пришла эта идея: с дачей. И дедушка просто за неё уцепился. Он сам на даче всё делал — крышу, пол, даже камин. Конечно, сыновья ему помогали — дядя Гена и дядя Владик. Мой папа, хоть он тоже сын, дедушке не мог помочь. Он как раз тогда уехал на Север, на зимовку. И до сих пор зимует, даже летом. Я иногда говорю маме: «Почему папа так долго зимует?» А она смеётся: «Такая работа! Папа не виноват, что у него такая работа. У меня у самой такая».

Конечно. Я понимаю. У мамы такая работа — ботаник, надо всё время ездить, собирать всякие растения…

На даче тоже полно растений, можно их собирать. Я маме говорю: «Посмотри, какой иван-чай!» Она посмотрит: «Да, вымахал». Или скажу, чтоб она заинтересовалась: «Вон мятлик как светится!» А мама только улыбнётся: «Действительно, мятлик. Молодец, запоминаешь растения».

И сразу говорит: «Это что! Вот на Таймыре есть мятлик живородящий. Красота! Я тебе привезу». Конечно, у нас живородящего нет, тут уж ничего не поделаешь. Просто обидно. Даже скажу: «Ничего мне не надо привозить!» Но мама не замечает, что я обиделась. Вдруг как схватит на руки, как подкинет. «Это, — смеётся, — ты потому говоришь, что ты его не видала!» Очень мне надо его видеть. Мне просто надо, чтоб мама не уезжала.

Но я уже смеюсь — так она подкинула. Сильная мама! Ну что с ней поделаешь? Я уже давно поняла, что её интересуют именно те растения, которые растут далеко. И всё равно она уедет в свою экспедицию. Тем более что есть дача. И есть где меня оставить.