Мы так всегда между собой разговариваем: просто шутим. Кто кого перешутит. Но бабушку никто не может перешутить.

Она у нас всегда так — никому не скажет, а сделает.

Прошлой зимой вдруг сорвалась, на дачу уехала и дедушку не предупредила. Он из школы пришёл, а дома никого нет. И обеда нет, это уж на бабушку никак не похоже. Дедушка сразу заволновался. Тем более на улице была самая настоящая метель.

Дедушка даже пальто не снял, скорее — за телефон. Всем стал звонить, спрашивать. Никто не знает! Вдруг бабушка входит: «Что за безобразие! Кто-то уже на телефоне повис — не дозвониться в дом. Не меня ли ищешь?» — «Тебя», — обрадовался дедушка, даже не пошутил. «Вот она я! — сказала бабушка и стряхнула с себя целый сугроб. — Да ещё с подарком».

Открыла сумку, и оттуда выскочил Ардальон. Большими прыжками стал бегать по комнате. Шерсть на нём волочилась до полу, глаза горели, как фонари, а над ушами вроде стояли кисточки. Будто Ардальон — рысь. Он вдруг прыгнул — повис на занавеске. Занавеска пискнула и разорвалась. Ардальон упал громко, на когти, и что-то крикнул.

«Это кто?» — удивился дедушка. «Котик, — засмеялась бабушка. — С дачи».

Тогда она рассказала.

Бабушка хватилась: у неё пропал паспорт. Весь дом перерыла! Это же позор — на старости лет. Потом думает: ладно, сам найдётся. А он не находится. Уже пенсию принесли, а паспорта нет. Вообще-то бабушке паспорт не нужен. Что ей, лодку брать напрокат? Но пенсия ей нужна. Что делать? Тут бабушка подумала: может, паспорт на даче остался? Делать ему на даче, конечно, нечего. Но кто знает! Документы любят оказываться в самых неподходящих местах. Это известно.

Дедушкин профсоюзный билет нашли однажды в стенных часах. Кто бы мог подумать! Дедушка сам эти часы заводит; он профсоюзный билет никак не мог туда положить. Что он — больной? Все остальные тоже не могли: дети выросли, мой папа вообще на зимовке, а внуки не доросли. Сам он, что ли, в часы запрыгнул? Всё может быть.