– У ме­ня своя био­гра­фия, у не­го своя. Я не­дав­но с ним по­зна­ко­мил­ся – в по­за­прош­лом го­де. Он в Но­во­рос­сий­ске сей­час про­жи­ва­ет по ин­ва­лид­но­сти. Он же ж в кон­це вой­ны ос­леп и сей­час сле­пой. Он же ж ка­кую си­лу в се­бе име­ет – на ка­ба­на хо­дит с со­ба­кой. По шо­ро­ху стре­ля­ет, по зву­ку.

Дождь уда­рил ещё силь­нее. Ка­за­лось, он про­би­ва­ет ас­фальт и зем­ля, про­пи­тав­шись вла­гой, плы­вёт под ас­фаль­том, и мос­то­вая рух­нет сей­час. И рух­нет го­род.

– Я у вас всё рав­но про дру­гое спра­ши­вал, – ска­зал Ван­дер­буль. – Та­кая сказ­ка есть… Был один ко­роль, а у не­го – пол­ко­во­дец. А у пол­ко­вод­ца был по­мощ­ник. Ко­роль был очень зна­ме­ни­тый, по­то­му что у не­го был пол­ко­во­дец очень хо­ро­ший. Он ко­ро­лю все вой­ны вы­иг­ры­вал. А по­мощ­ник за­ви­до­вал и от за­вис­ти за­ду­мал зло­дей­ст­во. Ко­роль был об­жо­ра, у не­го от это­го час­то жи­вот бо­лел. Ко­гда у не­го жи­вот бо­лел, у не­го на­строе­ние пор­ти­лось и он на всех бро­сал­ся. По­мощ­ник по­до­ж­дал, ко­гда у ко­ро­ля жи­вот за­бо­лит, и на­шеп­тал ему на ухо, что пол­ко­во­дец го­то­вит в вой­ске из­ме­ну. Ко­роль при­ка­зал пол­ко­вод­ца по­звать и как за­кри­чит на не­го:

«Го­во­ри, пёс-из­мен­ник ты или нет?!» – «Я твой вер­ный сол­дат», – ска­зал ему пол­ко­во­дец ров­ным го­ло­сом. «А чем до­ка­жешь?» – «Даю ру­ку на от­се­че­ние».

Ко­роль вы­хва­тил свой обою­до­ост­рый меч и от­сёк пол­ко­вод­цу ру­ку. И ни один мус­кул не дрог­нул у пол­ко­вод­ца на ли­це. Вот ка­кой был, – Ван­дер­буль вздох­нул и да­же за­каш­лял­ся от вос­тор­га. – Вот я про что спра­ши­ваю. Ему ру­ку от­сек­ли, а у не­го да­же бро­ви не ше­вель­ну­лись.

Ста­рик за­сме­ял­ся.

– Кра­си­вая твоя сказ­ка. Толь­ко, ду­ма­ет­ся, она не для жиз­ни, а так – вро­де бы для кар­тин­ки. Для жиз­ни она дю­же кра­си­вая.

Дождь обор­вал­ся вне­зап­но, толь­ко от­дель­ные ка­п­ли шлё­па­ли по ас­фаль­ту. На ули­це ста­ло шум­но и очень люд­но.