Повстанцы и террористы стран Азиатско-Тихоокеанского региона и Латинской Америки придерживались или придерживаются различных идеологических направлений. Здесь можно найти ленинистов, маоистов, троцкистов, ориентирующихся на Социнтерн социалистов, анархистов, кастроистов и геваристов, приверженцев различных оригинальных учений, в том числе откровенно ксенофобских, а также террористов, опирающихся на повстанческие традиции индейцев. Терроризм появлялся в странах с совершенно различными режимами: конституционно-демократическими, с коррумпированными марионеточными проамериканскими военными хунтами правой и левой ориентации. Ключом к пониманию закономерности в появлении политического терроризма в странах третьего мира является наличие ряда проблем, характерных для этих государств в большей или меньшей степени: непропорциональное распределение ресурсов и вызванный этим разрыв в жизненном уровне богатейших и беднейших слоев населения; ускоренная пролетаризация населения; отсутствие устойчивой традиции согласования интересов различных социальных групп; хищническая эксплуатация природных ресурсов и, как следствие, сокращение традиционного жизненного пространства. Латиноамериканские герильеро стали непосредственными предтечами и современниками леворадикального терроризма Европы и Азии. Романтический пример городских партизан вдохновлял многочисленных экстремистов 1960—70-х гг. на ведение террористических войн. Доходило до прямого заимствования: так, например, зафиксирована группа под названием «Тупамарос Западного Берлина». Латиноамериканские террористы не ограничивались своим континентом: многочисленные боевики приняли участие в террористической деятельности палестинцев, басков, японских экстремистов и других организаций. На этом фоне деятельность ориентирующихся на маоизм террористов азиатских стран носит более локальный характер.