— Мне самой хотелось бы это знать, — отозвалась Дороти. — Но скажи-ка, как это ты научилась говорить? Я думала, что курицы могут только квохтать и кудахтать.

— До сегодняшнего утра, — задумчиво проговорила Курица, — я и в самом деле квохтала и кудахтала, не сказав, если мне не изменяет память, ни единого слова. Но когда минуту назад ты задала мне вопрос, то я как-то совершенно естественно на него ответила. Я впервые заговорила, говорю и теперь, и мне кажется, что так и должно быть. Странно, не правда ли?

— Очень, — согласилась Дороти. — Конечно, если бы мы были в Стране Оз, тогда это было бы вполне объяснимо: в этой волшебной стране многие животные умеют разговаривать. Но мы в открытом море, и отсюда, наверное, очень далеко до Страны Оз.

— А как у меня с грамматикой? — встревоженно осведомилась Желтая Курица. — Правильно ли я говорю?

— Да, — поспешила успокоить ее Дороти. — Для начинающего даже неплохо.

— Это приятно слышать, — отозвалась Желтая Курица доверительным тоном. — Раз уж начинаешь разговаривать, надо говорить правильно. Наш рыжий петух утверждал, что кудахтаю я отменно.

Очень приятно слышать, что и говорю я неплохо.

— Я хочу есть, — призналась Дороти. — Уже давно пора завтракать, а завтрака у нас нет.

— Можешь съесть мое яйцо, — предложила Желтая Курица. — Мне-то оно ни к чему.

— Разве ты не будешь его высиживать? — удивилась девочка.

— Нет, конечно. Для этого мне необходимо уютное гнездышко и чертова дюжина яиц, никак не меньше. Чертова дюжина — это значит тринадцать. Для меня это счастливое число. Так что ты вполне можешь съесть яйцо. Угощайся!

— Но я не ем сырые яйца! — воскликнула Дороти. — Но все равно большое тебе спасибо за предложение.

— Не за что, моя дорогая, — спокойно ответила Курица и принялась чистить перышки.

Некоторое время Дороти смотрела в океанскую даль. Ей все еще не давала покоя проблема курицы и яйца, и наконец она спросила: