— Почему ты несешь яйца, если не собираешься высиживать цыплят?

— Все дело в привычке, — услышала она в ответ. — Снести яйцо — это ведь такое удовольствие!… А кроме того, если я не снесу яйцо, я не могу как следует покудахтать. А без утреннего кудахтанья у меня портится настроение на весь день.

— Как странно, — задумчиво произнесла Дороти. — Впрочем, чтобы по-настоящему понять это, надо быть курицей…

— Это точно.

Дороти снова замолчала. Конечно, хорошо, что рядом было хоть какое-то живое существо, и все же Дороти было немного не по себе в курятнике, что плыл неизвестно куда в огромном океане.

Через некоторое время Желтая Курица взлетела на борт курятника и стала озираться по сторонам. Дороти сидела на полу.

— Послушай, земля близко! — вдруг воскликнула Курица.

— Где, где? — заволновалась Дороти, сразу вскочив на ноги.

— Вон там, — кивнула головой Курица, указывая нужное направление, — похоже, течение несет нас именно в ту сторону, так что через какое-то время мы снова можем оказаться на суше.

— Вот было бы здорово, — вздохнула Дороти, которую то и дело обдавало волной, что порядком ей надоело.

— Согласна, — отозвалась ее спутница. — В мире нет существа более жалкого, чем мокрая курица.

Девочка в плавучем курятнике не могла оторвать глаз от полоски земли, которая действительно приближалась, потому что с каждой минутой становилась все шире и шире. Дороти она показалась прекрасной: у воды была полоса из белого песка и гальки, затем высились скалистые утесы, а за ними зеленел лес Но не было видно ни домов, ни людей — кто же населял эти загадочные края?

— Надеюсь, там мы найдем что-нибудь поесть, — сказала Дороти, с надеждой поглядывая на красивый берег, к которому они медленно, но верно подплывали. — Уже давно пора завтракать.

— Я и сама немножко проголодалась, — сообщила Желтая Курица.