Трезво видя и достижения, и опасности современных технологий, Э. Шумахер отмечал, что только 3,5 процента рабочего времени в промышленности Британии уходят на производство товаров. Прочее – обслуживание, логистика, маркетинг.

В промышленности начали все шире и шире применяться массовые технологии. В электронике, служащей базой вычислительной техники. Сначала провода в изоляции, требовавшие ручной сборки, заменили поточно производимые печатные схемы. Затем – микросхемы. Изобильность дешевых активных элементов позволила еще при проектировании уйти от ручной регулировки схем.

Этот процесс происходил везде. В индустрии стройматериалов цемент стали получать не из вертикальных печей периодического действия, куда сырье грузилось вручную, но из вращающихся тоннельных горизонтальных печей. И опять – нет роботов, неуклюже, но неустанно катящих тачки к зеву печи, есть конвейеры непрерывного действия. Железные люди не кладут кирпич за кирпичом. Стены производятся массово-фабрично, из бетона или «сэндвича». Или возьмем сбор клюквы. Комбайны тоненькими лапками не обдирают нежно ягодку за ягодкой. Поле заливают водой, и гибрид миксера с пылесосом на гигантских колесах отсасывает клюкву в бункер, суша и упаковывая.

Э. Шумахер отмечал, что следует также учесть, что люди будут стремиться зарабатывать больше денег до тех пор, пока будут люди, желающие продать, а вернее – обменять на денежные знаки свой урожай. Однако людей ведь никто не обязывает менять его на какие-то несъедобные банкноты. Поэтому настанет однажды момент, когда этот обмен прекратится. Кто-то останется при фруктах, овощах, ягодах, хлебе, а кто-то – при несъедобных деньгах. Необходимость менять продукты на денежные купюры – такая же иллюзия, как и многие условности, принятые в цивилизованном, технократическом мире.