Окся проснулась утром в тёмном чуме. Может быть, ещё ночь и надо спать? Но спать больше не хочется. И Окся выглянула из-под мехового одеяла, которым мама всегда укрывает её на ночь.

Чёрные её глазки так и блеснули: конечно же, мама давно встала и затопила железную печку. Вон она наклонила голову с гладко причёсанными чёрными волосами и надевает белый меховой совик. Мама совсем скрылась в пушистой своей шубе, одёрнула её на плечах, и перед Оксей, отороченное белым мехом, появилось мамино розовое лицо.

— Мама, ай-яй, мама, зачем ты меня не разбудила? — закричала Окся.

Как же! Окся знает, что утром надо идти за снегом, чтобы делать из снега воду, а ведь Окся всегда помогает маме в этой работе. Ей уже пять лет! У печки стоит большой бак, куда они с мамой складывают снег. Сейчас бак совсем пустой. И одиннадцать чайников у печки тоже пустые.

Окся быстро натянула свои маленькие тобоки

— Мама, — спросила Окся, — а где Северин? Он уже уехал?

— Нет, — ответила мама, — он пошёл с отцом и Володей к стаду. Сегодня просмотр оленей.

Ну, это Окся хорошо знает: оленей подгонят близко к чуму и будут осматривать их — все ли они здоровы.

Вместе с мамой Окся выходит из чума. Ой-ой, как холодно! Сегодня большой мороз. Далеко расстилается ровная тундра, покрытая снегом. Хотя над тундрой стоит ночь, от снега, от ярких звёзд Оксе всё хорошо видно. Здесь, на севере, где она живёт, люди всю зиму не видят солнца, зато уж, когда настанет лето, солнышко не уходит с неба, и ночи тогда не бывает. «Солнышко работает без выходных», — смеётся тогда мама.