Девчонки все-таки догнали ее.

- А трамвая нет и нет, - виновато сказала Туманова. - Наверное, авария.

Надежда молча пожала плечами.

- Мне, вообще-то, надо побольше ходить, - пыхтя, проговорила Малаева. - И спортом каким-нибудь заняться. Надь, посоветуй.

- Есть поменьше надо.

- Не получается...

- А я так считаю: есть у тебя сила воли - ты человек, а нет - ты... ты даже не полчеловека. И даже не четверть. Ясно?

- Ясно, - сказала Свистунова, - только не всем ведь в чемпионы!

- Тогда и вякать нечего.

- Девочки, - попросила Туманова, - пойдемте объявления почитаем, нам квартиру разменять надо.

- С папашей разводитесь? - поинтересовалась Надежда.

- Что ты? - испугалась Туманова. - Вовик женился. Старший брат.

Угол кирпичного дома был в несколько слоев заклеен самодельными объявлениями; топорщилась бахрома с телефонными номерами. Туманова, вытягиваясь на цыпочках, начала с самых верхних бумажек и постепенно спускалась, прилежно шевеля губами.

- Ой, помру! - сказала Надежда и расхохоталась, а потом стала читать: - "У старого партизана, участника гражданской и Великой Отечественной войны, потерялась болонка. У кинотеатра, в то время, как его увезла "скорая" с приступом в больницу. Болонка с длинной шерстью, плохо стриженная. Лицо лохматое. Глаза очень смышленые. К людям привязчивая. Кличка Барыня. Кто знает или видел..." и так далее.

- Жалко собачку, - сказала Свистунова. - Замерзнет...

- С голоду помрет, - добавила Малаева.

Надежда достала из сумки пузатую шестицветную ручку, выдвинула красный стержень, зачеркнула "лицо" и сверху написала: "Морда". Вдруг ужасно смешная мысль пришла ей в голову, она оторвала от объявления номер телефона и, сдавленно хохоча, потащила девчонок к автомату.