
С этого времени все, что ни делал Аттенборо, было так или иначе посвящено будущему "Ганди". Ради этого он сыграл в нескольких голливудских комедиях и для того, чтобы продемонстрировать свои режиссерские таланты, снял несколько фильмов. Дебютом стала "О, что за прелестная война!" (1969), экранизация антивоенного спектакля Ч. Чилтона и Д. Литтлвуд, построенного на песенном фольклоре времен первой мировой войны. Иронический мюзикл, противопоставлявший военные игры сильных мира сего горькой судьбе простых "томми", которым короли и фельдмаршалы предназначили судьбу пушечного мяса, вызвал к удовлетворению режиссера громкий протест со стороны высокопоставленных "ура-патриотов", которые в отместку забаллотировали его при вступлении в один из респектабельных лондонских клубов. Эпизоды, выдержанные в духе модной в 60-е годы театрализации, равно как выразительно снятые массовые сцены, продемонстрировали незаурядное режиссерское дарование Аттенборо, умение работать с актерами и организовать в кадре большие людские массы.
Следующим шагом к цели стал биографический фильм "Молодой Уинстон (1972), "интимный эпос", по выражению самого Аттенборо. Он рассказывал о юных годах Черчилля, его участии в англо-бурской войне в качестве корреспондента, его пленении и бегстве. Съемки познакомили режиссера с проблемами Южной Африки, и в дальнейшем присутствующей в его картинах (например, в начальных эпизодах "Ганди", не говоря уже о "Крике свободы").
