- Чего?

     - Когда ты чему-то не хозяин, а сам знаешь, что все-таки хозяин.

     - Бывает, - сказала  Белка и подумала: "Мои мысли, им-то я  никогда не хозяйка, они живут сами по себе, кишат, суетятся... будто я тут вовсе ни при чем! ".

     Но вслух она ничего не сказала.

     Помолчав, Лягушка заметила:

     - Чудно.

     Солнце скрылось за макушками деревьев.

     - Ага, - согласилась Белка.

     - А иногда я и просыпаюсь от квака, - сказала Лягушка. - И вот тогда все начинают причитать - вот, дескать, всю ночь проквакала, спать не давала...

     Она глянула  на  Белку, но  та  смотрела  на  водную  рябь в  зарослях тростника.

     - Страшного-то в этом, конечно, ничего нет, - продолжала Лягушка. - Хотя и хотелось бы мне узнать, что это я там во сне квакаю... Ну да что ж...

     Она  задумчиво  смотрела на прибрежные  волны  и тихонько напевала  про себя.

     Вдруг она встрепенулась.

     - Ну нет, -- воскликнула она. - Опять  я  тут квакаю сама не знаю чего.

Вот дела! Вот странно!

     Они замолчали. Лягушка широко раскрытыми глазами глядела на воду, Белка зевала.

     - Квакство, Белка, - сказала  Лягушка, - это умом не понять. Это, может быть, самая непонятная штука на свете.

     Белка кивнула.

     Лягушка подскочила, издала громкий вопль, шлепнулась в воду и с веселым кваком поплыла на другой берег.

     - Я - королева квака! - вопила она. - Королева самой непонятной штуки на свете!

     Белка прокашлялась, подумала  про мед  и про горизонт и про неожиданные письма с приглашениями в гости от разных незнакомых зверей, и сказала:

     - Ну.

     ЖУК НИКАК НЕ МОГ УСНУТЬ.

     Он ворочался с боку на бок под своим камнем на краю леса.

     "А я знаю, почему, -  думал он. -  Это потому, что  завтра  я впаду в меланхолию".