— Но у нас не хватает воинов! — в отчаянии возразил Огнегрив. — Работа по восстановлению лагеря отнимает все силы, коты падают от усталости. Мы едва-едва справляемся с обычным патрулированием!

— Ты, кажется, смеешь оспаривать мои приказы? — рявкнула ему в лицо Синяя Звезда и угрожающе оскалила зубы. Глаза ее недоверчиво прищурились. — А может, ты тоже задумал предать меня?!

— Нет, Синяя Звезда, что ты! — отшатнулся Огнегрив. — Ты всегда можешь на меня положиться! — Он весь дрожал, ожидая, что вот-вот придется уворачиваться от острых когтей Синей Звезды.

Но предводительница внезапно успокоилась.

— Я знаю, Огнегрив. Ты всегда был мне верен, не то что остальные! — тихо прошептала она и вдруг, уронив голову, повалилась на свою подстилку, словно вспышка гнева отняла у нее последние силы. — Пошли патрули! — слабо повторила она, зарываясь в мягкую кучу мха и вереска. — Сделай это немедленно, пока племя Теней не перебило всех нас!

— Слушаю, Синяя Звезда!

Огнегрив понял, что спорить бесполезно. Он поклонился и вышел из палатки. Обернувшись, он увидел, что Синяя Звезда вновь устремила невидящий взор куда-то вдаль. «Неужели она смотрит в будущее и видит там гибель своего племени?» — в отчаянии подумал Огнегрив.

Огнегрив открыл глаза и тут же зажмурился от резкого света. Он никак не мог привыкнуть к тому, что сгоревшая листва больше не укрывает палатку от слепящих солнечных лучей. Широко зевнув, он потянулся и стряхнул с шерсти приставшие кусочки мха.

Рядом с ним сладко посапывала Песчаная Буря, чуть дальше, свернувшись клубочками, спали Долгохвост и Дым. Огнегрив вышел из палатки на поляну. Прошло три дня после Совета, но, вопреки опасениям Синей Звезды, племя Теней ни разу не переступило границу. Воспользовавшись передышкой, Грозовое племя с утроенной силой занялось восстановлением лагеря. Сделать предстояло еще очень много, но Огнегрив с радостью замечал, что сам лес приходит на помощь погорельцам — вокруг лагеря потихоньку поднималась стена папоротников, а обгоревшие заросли ежевики, прикрывавшие вход в детскую, с каждым днем становились все гуще от новых побегов.