– Ах, так! – говорят стрельцы и снова бьют Пафнутича с Еремеичем.

– Так который тут Никанорыч?

– Я! – решается Никанорыч.

– Если ни кто не признается, то Никанорычем будешь ты! – говорят стрельцы Никанорычу и бьют всех троих.

– Поедешь с нами, Никанорыч, за долги в предварительный острог!

– Так нет у меня долгов. А есть слово честное, купеческое… – возражает Никанорыч.

– Нет у тебя честного слова! Должен ты кругом за баню, за девок непотребных, за вина заморские, за деньги заморские под процент, за шубу и за икону Рублевскую, подлинную!

– За какую такую икону? – заподозрил Пафнутич Еремеича.

– За какие такие долги?! – заподозрил Никанорыч обоих.

– Кому первому отвечать? – уточняет Еремеич.

– Нам! Вопросы тут мы задаем! – говорят стрельцы и снова бьют купцов:

– С нами проедете! На лобном месте разберемся кто неправ, кто виноват!

– Ась? – привычно глохнет Никанорыч.

– А я?! – напоминает о себе девка Анфиска.

– А что с девки взять, окромя шубы! – решают стрельцы и напоследок бьют смертным боем всех подряд.

– Нравы у нашей эпохи были жестокие! – оправдываются они и увозят купцов вместе с шубой.

В бане остается одна девка Анфиска. Без шубы, чести, денег, работы, надежды и даже немножечко без ума.

– Рамамба хару мамба ру знамя реет на ветру хари кришна хари рама здравствуй город Иокогама на дворе трава на траве дрова! – скороговоркой говорит она напоследок и с разбегу бросается в прототип бассейна с холодной водой. И тонет в этом прототипе бассейна с холодной водой.

КОНЕЦ

Издержки современности:

«Новые русские» случаи из жизни

Однажды решил «новый русский» поменять национальность. Пришел в паспортный стол и говорит: «Поменяйте мне национальность. В паспорте, где написано „русский“, вы чисто „новый русский“ напишите». Но в паспортном столе сказали, что им это делать нельзя. А он заплатил деньги и ему сделали.