Тетка дала матери деньги, а она их пропила в тот же день, вот и все. Да я знала, что так будет. Но надеялась. Вдруг то, что я знаю, — вроде как самообман, и все может получиться по-другому? Но это всегда сбывается. Бабка говорила, что у меня есть дар, угадывать, что может произойти дальше, и находить потерянные вещи.

Когда мне было года два, я начинала страшно плакать, когда мы с мамой проходили мимо магазина, где продавали водку в розлив. Как будто еще тогда знала, как все это может кончиться.

Я всегда знаю, что произойдет с моими родителями или с сестренкой в будущем. Сестренка у меня в детдоме, и иногда мама, когда не очень пьяная, просит, чтобы я рассказала, что с ней сейчас.

А когда я пришла в новую школу на отработку, она у меня в конце августа, меня будто что-то захватило: я увидела незнакомого парня с собакой. С большим догом. Парень сидел на корточках и разговаривал с ним. Потом видение пропало.

Иногда бывает, что-нибудь кажется само по себе, когда перед этим не настраиваешься что-то увидеть. Обычно это означает что-то важное.

Я очень удивилась — до сих пор я видела только близких мне людей. У меня была хорошая подруга, она жила здесь два года назад, Неля ее звали. Ее я тоже видела перед тем, как мы познакомились. Знала, что потом мы с ней встретимся. Только так же, как тогда с мамой, мне очень хотелось, чтобы это было ошибкой.

Я видела, как она выходит из поезда на железнодорожной станции — тут недалеко — купить чего-то.

И, увидев меня, только кивает головой и заходит обратно в поезд.

«Это же я, Оля Полунина!» — хотела я крикнуть, но только так же кивнула в ответ.

Одним словом, я вижу только близких мне людей, а теперь, когда мне стали являться картины с теми, кого я совсем не знаю…