- Я лучше вас знаю, что такое классика, - настаивала Лотта и медленно краснела под жарким взглядом фон Наина. - Не забывайте, мой папа - профессор Школы изящных искусств...

И в самом деле, она неплохо знала французскую и голландскую живопись и очень часто, не прочитав подпись под репродукцией, называла художника. Скоро это превратилось в веселую игру. Фон Наин закрывал подпись, а Лотта отгадывала. Если она оказывалась права, лейтенант целовал ей руку.

Но вдруг Винсент Ван-Гог стал виновником их небольшого спора. На одной из страниц альбома было изображено ущелье. Сумрачные, темные горы круто спускались в свинцовую воду узкой речушки, пробиравшейся меж каменных стен. Серое монотонное небо тяжелой набухшей шапкой прикрывало пейзаж. А на переднем плане торчало причудливое сухое дерево, удивлявшее бесконечным и бессмысленным плетением оголенных ветвей. Лотта не сумела угадать автора.

- "Ван-Гог ранний", - прочитал фон Наин. Девушка продолжала с сомнением разглядывать репродукцию.

- Не похоже на Ван-Гога, - наконец убежденно произнесла она. - Уж очень робко. И вкуса нет. И мрачно... Даже для ранних работ Ван-Гога это слишком мрачно.

- И все-таки это Ван-Гог! Моя дорогая, на сей раз вы ошиблись! Господин Икс не стал бы держать у себя подделку. Специальные команды СС отбирали для него ценнейшие произведения в лучших музеях Европы...

- Нет, это не Ван-Гог! - упрямо повторила Лотта. - Я бы запомнила такой пейзаж. Страшно. Тоскливо. И эта голая дурацкая коряга, которая все заслоняет...

Лейтенант вгляделся. Действительно, местечко было не из приятных.

- Моя Лотхен, и все равно я готов держать пари! Если это Ван-Гог, вы проиграли. И тогда за вами поцелуй!

Девушка засмеялась.

- Мы захватим этот альбомчик с собой, ваш отец посмотрит и решит спор, предложил фон Наин. - Я уверен, ваш папа поможет мне выиграть.

- Если вы будете умницей, вам не потребуется помощь моего фатера...