— Именно.

— Так, — заметил я, — значит, вы говорили об Эндоне. Тогда должен сказать, что он просто сказочный принц.

Мои слова пропали втуне.

— Убирайтесь к своей стене.

Что ж, ничего страшного. Я не волочусь за чужими женами. Особенно когда они пребывают в этом качестве лишь пару недель.

В этот момент кто-то нежно постукал меня по плечу. Я поднялся, оглянулся и увидел перед собой Гарлика. Его морда, возникшая так неожиданно и столь близко, вызывала крайне неприятные чувства. Давая кличку, его приятели из уголовного мира продемонстрировали полное отсутствие фантазии. Никто не спросит, почему Гарлика прозвали Гарликом, особенно если окажется вблизи него. Я чуть не умер от удушья.

— Привет, — сказал он негромко.

Я выдохнул, приставил указательный палец к его груди и слегка оттолкнул. Гарлик отступил примерно на шаг и произнес:

— Один человек хотел бы поговорить с вами на природе.

— Кто этот человек?

— Я.

— Ну так иди и подожди под звездами.

— Пойдем вместе.

Я посмотрел сверху вниз на Веру, миссис Пупелл. Она морщилась от отвращения.

— Кто пригласил сюда эту обезьяну?

Вера бросила на меня взгляд:

— Не знаю. Мама сама составляла список гостей. Сегодня она сделала, как минимум, две ошибки.

Я вернулся к своей стене и оперся о нее спиной. Мне надоело это собрание, я хотел, чтобы поскорее объявилась миссис Редстоун и забрала меня отсюда. Гарлик никак не желал отстать.

— Так вы идете?

— Сгинь отсюда, Гарлик!

Мы не были знакомы, хотя я время от времени видел его там и сям.

Поскольку я знал его имя, можно было с уверенностью заключить, что он не только знает, как меня зовут, но и мою профессию. Большая часть уголовщины в районе Лос-Анджелес — Голливуд знала меня, потому что я отправил многих из их круга за решетку, а нескольких — на Форест — Лаун. Так называется наше кладбище.