С шерстью возни немного: постриги, перемой, расчеши, спряди, сотки… И все…

А с "бараниной" да "жареным барашком" не работа, а игра: бери и ешь…

Вот и выходит, что овцеводство — дело не тяжелое и не хитроумное…

Только одна штука есть в овцеводстве, которая до того морочит голову, до того мучит овцевода, что он не в силах выдержать:

— Зарежь, а то умру! Да ей же богу, лягу тут и умру!

Штука эта — баран.

Нужен он для твоего десятка овечек на каких-нибудь два-три дня, а держи его весь год!

Не будешь держать — ягнят не будет…

Будешь держать — корми его, ирода, круглый год…

Да еще б ничего — кормить! Нет, ты уследи за ним, чтоб он на шермака чужих овец не покрывал.

Вот в чем закавыка!

Ты держишь барана, а пятьдесят хозяев не держат, на твоего надеются… Пойдешь к ним:

— Здравствуйте!

— Здравствуйте!

— Мой баран в стаде ходит… Так надо бы, чтоб по-хорошему… Ягнята ведь и у вас будут, а кормить мне одному! По тридцати копеек от овцы — тогда пусть ходит…

— Что вы!.. И за что там по тридцати копеек?

— Как за что? За ягнят!

— И так будут!

— Так знайте, что не будет ягнят!

— Да что вы…

Тут и начинается…

"Воспрепятствовать!.."

* * *

— Жена, шей барану фартук! Не хотят платить? Что это за народ такой!..

И шьется фартук на барана…

Идет баран утром в стадо, как "чистая горничная". В фартуке…

Шиш у вас будет, а не ягнята!

Приходит баран домой.

Тяжело дышит баран, лоб у него мокрый, рога словно набекрень, фартук на боку, ноги волочит…

Навоздержался… . . . . . . . . . . . . . . . . .

— Привяжи и не пускай! Не пускай, в хлеву пусть стоит!

Привязали барана…

— Пойди, подкинь барану сена!