Как видишь, Степа, словарь самого земного происхождения. На Ортис, видно, он попал случайно. Но сообщать ли об этом в Информарий — я не знаю.

«Утерян учебный год…»

Вчера мы остановились с Кинечу у столба. Не у столба, а у какого-то автомата, похожего на столб.

На нём объявление:

«Утерян учебный год. Нашедших просьба вернуть его владельцу Протону Кисляеву, ученику 7-го класса «Я» 567-й школы».

Кинечу достал блокнот и записал фамилию ученика и номер школы.

— Зачем? — спросил я.

— Как — зачем? Надо помочь товарищу. Утерян целый год!

— Но как же ты найдёшь его, ведь это не карандаш и не резинка.

— Именно потому, что не резинка, я и должен искать, — ответил Кинечу и побежал по улице.

Я за ним. Он в дверь — и я в дверь. Он в лифт — и я хотел туда же, но Кинечу остановил:

— Жди здесь.

Вскоре он выскочил с собакой. Вернее, с чем-то очень похожим на собаку. Вместо ног у нее колесики, вместо носа — лампочка, а вместо хвоста антенна.

— Взял напрокат, — объяснил Кинечу и бросился за автоматической ищейкой, которая уже выскочила из дома и помчалась через улицу.

Она сразу напала на след.

— Жди у электронных математиков! — крикнул Кинечу на ходу и скрылся с собакой из виду.

Вечером Кинечу пришёл к электронным математикам.

— Ну как?

— Сейчас узнаем, — отдуваясь, сказал он.

Он сунул собранный материал в электронную машину и подсел ко мне.

— Я проделал путь в две тысячи сто шестьдесят два километра (этот Протон оказался большим непоседой). Побывал в девяти дворах и на восемнадцати чердаках, где Протон проводил свой досуг, гоняясь за белыми муравьями (на Ортисе белый муравей-всё равно что у нас чёрная кошка). Около ста раз пришлось перемахнуть через забор ракетснаба в пяти метрах от калитки, которая, кстати, всегда открыта. Сто двадцать пять раз следы пересекли свалку завода искусственных спутников и только один раз привели в пионерскую комнату. Удалось установить, что Протон посетил её не по собственной воле. Там ему задали несколько вопросов из учебника отдыха. Протон, говорят, ответил на «отлично».