— Тррр!

Приехали… . . . . . . . . . . . . . . . . .

Площадь заливается человечье-коровье-воловье-овечьей массой; масса эта расплывается, расплывается и с одной стороны докатывается до Псла, а с другой, третьей, четвертой — туда, где рожь, склонившись, ждет косы…

А там уже шатры, балаганы… Еще вчера, заранее, их понапихали, и они, словно пузыри, выпячиваются среди пестро движущейся толпы…

Площадь запружена.

Запружена арбами, возами, "бедами" [2], лошадьми, коровами, овцами, волами, телятами, горшками, мисками, курами, шерстью, мешками, хмелем, смушками, материей, сапогами, конфетами, пряниками, квасом, пивом, русской горькой, гребенками, косами, шкурами, ремнями, котелками, пряжей, платками, полотном, дегтем, керосином, старой одеждой, сорочками, юбками, скатертями, щетиной, бочонками, рогами, шпанскими мухами, воском, медом, патокой, таранью, сельдями, колесами, ходами, стеклом, яйцами, запасками, плахтами, пирогами, салом, мясом, колбасой, жареной рыбой, дерюгами, сундуками, гвоздями, молотками, свиньями, торговцами, цыганами, барышниками, людьми, детьми и слепцами…

…И все это движется, дышит, курят, говорит, кричит, ругается, мычит, блеет, ржет, гикает, жует, зевает, кувикает, крестится, божится, матерится, клянется, пахнет, смердит, воняет, кудахчет, квохчет, жарит друг друга по рукам, играет на гармошке, на скрипке, причитает, пьет квас, ест тарань, рыгает, икает, "будькает" [3], лущит семечки и кружится на карусели…

А надо всем этим оглобли, оглобли, оглобли…

Это возы подняли кверху оглобли и орут:

— Тор-р-р-гуем!

Вон на оглобле свитка кричит:

— Вот где мы!!

Вон сито зовет к себе своих покупателей:

— Сюда идите!

Там колесо зацепилось спицей за стоймя поставленное дышло: