- Шибко крутое сражение! - раздумывали митьки в Больших Папуасах.

- Помочь надоть! - вскочил Сидор в Папусовке. - Дык, ведь один Митька там против всех Больших Папуасов!

- На помощь к Феденьке! - закричал Саша в Больших Папуасах. Стало быть, одному ему не выдержать супротив Папуасовки!

Две толпы митьков рванули по побережью к обнимающимся братишкам.

- А-а-а!!! - орали они.

Возле счастливых Митьки и Федьки, толпы остановились, недоуменно посмотрели, как те пьют из одной бутылки портвейн, и по побережью пронесся крик:

- Ур-ра!!!

Так кончилась большая папуасовская война. Советы деревень тут же на берегу за ящиком портвейна решили, что такое событие следует хорошенько отметить. Причем два раза, как сказал Федя. Один раз в Больших Папуасах, второй - в Папуасовке. Братишки-митьки занялись подсчетом, сколько ящиков портвейна и бочек пива есть в деревнях, и за сколько дней они их выпьют.

- Дык! - слышались взволнованные голоса. - Елы-палы!

Вдруг все увидели мчащегося по берегу Мбангу.

- Пирато! Пирато! - кричал папуас.

Митьки глянули на море. На горизонте белели паруса кораблей...

Глава шестая,

Как отпраздновали примирение

На острове, который я позволил себе

назвать Новой Гвинеей, нас встретила

толпа бородатых аборигенов, называющих

своего вождя "митькой", друг друга

"митьками", а всех остальных

папуасами. Встретили нас

доброжелательно, напоили напитками,

напоминающими пиво и портвейн, а узнав

мое имя, что-то лопотали и показывали

жестами, как будто меня надо разрезать,

поджарить на костре и съесть, на что я

с присущим мне юмором не соглашался. Мы

долго смеялись...

Из отчета капитана Джеймса Кука

Британской Академии Наук

На шлюпках, прибывших с кораблей, сидели серьезные люди в кафтанах, напудренных завитых париках, при шпагах и с мушкетами. Их главный подошел к толпе глазеющих митьков, снял шляпу, сделал изящный полупоклон, подметя перьями шляпы песчаный пляж и заговорил по-английски.