Хап, может быть, кое-что и понимал, но предпочел скрыть свои познания. Он зевнул, и глаза его слиплись.

- Лентяй и тупица! - сердито сказала Наташа, и в ее голову снова полезла ерунда: - Метан, метла, отметка, сметана...

Услышав последнее слово, Хап снова приоткрыл глаза, и стало ясно, что его интересовали преимущественно сложные химические соединения, особенно жиры и белки животного происхождения.

- Обжора! - пристыдила его Наташа и, решительно отложив в сторону учебники и тетради с записями, отправилась на кухню, где готовила обед хозяйка дома Анна Степановна.

- Мама! - решительно заявила Наташа. - Послезавтра я провалюсь на экзамене по химии.

- Не болтай чепухи, - спокойно ответила Анна Степановна, не прерывая работы над гестом.

- Говорю совершенно серьезно, - повторила Наташа. - Я провалюсь по химии и притом с ужасным треском и громом!

В доказательство того, что ужасный громовой провал - дело твердо решенное, Наташа стукнула кулаком по филенке двери.

Анна Степановна слегка обеспокоилась.

- Меньше четверок не получала и вдруг провалишься? - недоверчиво спросила она.

- Обязательно! И виноват в этом будет мой братец Леонид Федорович со своей машиной! Не мог подождать с покупкой до конца экзаменов!

- Не нарочно же он так сделал. Подошла очередь получать машину, вот взял отпуск и поехал.

Но успокоить человека, который собрался провалиться на экзамене по химии, не так-то легко.

- А эта нелепая телеграмма, которую он прислал из Москвы!

Злосчастная телеграмма, посланная Леонидом при выезде из Москвы, гласила: "Купил еду собственным ходом ждите вечером".

Бесспорно, самый короткий телеграфный текст можно рассматривать как литературное произведение, а таковое, как известно, подлежит критике. Но можно поручиться, что ни один многотомный роман не был раскритикован так, как сумела раскритиковать телеграмму брата Наташа Карасева.