И хотя Шеннон слишком хорошо знал свою подругу детства и ее манеру шутить, на этот раз в его голове возникло смутное подозрение, что невероятное признание не так уж и невероятно, как оно прозвучало.
Между тем в таверне собрались посетители, очевидно туристы, которые хотели насладиться ее атмосферой, наводящей ужас. Шеннону нужно было их обслужить. Гости, как обычно, задавали весьма примитивные вопросы: "Этими пилами обезглавливали людей?" или "В этом кузнечном горне жарят их?" Но сегодня Шеннон отвечал довольно скупо. Его взгляд то и дело останавливался на вдове-убийце, которая благодаря столовой ложке яда для насекомых стала миллионершей.
Когда Шеннон снова подсел к Дороги, она кротко улыбнулась.
- Знаешь, Билл, каковы теперь мои планы?
- Отремонтировать замок и...
- Сначала я поеду в Кению охотиться в сафари на львов. Затем хочу посмотреть, как русские исследователи выращивают помидоры на Северном полюсе. После этого я отправлюсь во Флориду и научусь кататься на водных лыжах. Если мне встретится настоящий мужчина, может быть, я еще раз выйду замуж, чтобы вместе поехать в Канаду ловить форель.
"Она смеется надо мной", - подумал не без оснований друг детства и спросил:
- А скажи, нет ли, кроме тебя, других наследников?
- Слава богу, нет! - ответила она с чувством глубокого удовлетворения.
В этот момент в таверну вошел почтенный пожилой человек. На нем был черный котелок, черный костюм, начищенные до блеска черные ботинки, а в руке черный зонт. Даже борода у него была черная.
С подчеркнутым достоинством он подошел к Дороги Торп, с не меньшим достоинством поклонился и представился:
- Гарольд Фишер.