Дороти изучающе посмотрела на незнакомца, затем подмигнула левым глазом, подняв правую бровь.

- Мне кажется, я вас где-то видела, - сказала она не очень уверенно.

Человек в черном, назвавшийся Фишером, кивнул.

- Я имел честь присутствовать на похоронах вашего супруга сэра Роберта.

- Это и видно. Вы что, искупались в черных чернилах?

Фишер попытался улыбнуться:

- Есть страны, где па похороны одевают все белое, украшают себя цветами и идут за гробом танцуя. Например, на Яве. - И затем добавил: - К сожалению, мы находимся не на Яве.

- Вот именно. - Дороти Торп пригубила свой напиток. Осенившая ее мысль камнем легла на сердце, и она решила спросить:

- Вы случайно не родственник моего мужа?

- Нет, такой чести я не удостоен.

- Отвечайте как человек и не торчите здесь как черный ворон, - напустилась вдова на человека в черном: - Вам что-нибудь угодно? - И, не давая гостю раскрыть рта, добавила: - Если вы представляете Общество друзей бродячих собак и кошек или секту, члены которой блуждают по ночам в ночных рубашках со свечой в руке, то возвращайтесь домой и передайте своим братьям, что им у меня нечего искать.

- Я пришел по поводу ваших роз, леди Торп, - сказал Фишер, не обращая внимания на ее слова. - Если вы позволите заметить, ваши розы бывают летом в самом жалком состоянии. Говорят, что на них больше цветочной тли, нежели листьев, а клумбы с гвоздиками не отвечают, видимо, больше уровню замка Карентин.

- Короче, вы - садовник?

- С вашего позволения, да. Я прочитал ваше объявление и приезжал сюда на прошлой неделе. Это было в день смерти сэра Роберта. Если вы позволите, то я хотел бы поговорить с вами.

- Покажите мне ваши рекомендации.

Фишер церемонно достал свое портмоне и так же церемонно выложил на стол документы.

Дороти Торп взглянула на бумаги и равнодушно отодвинула их в сторону.