- А по существу, - он понизил голос, - скажу я тебе, Петр Иванович, подпись на письме своя! Не факсимильная! Чтобы такой человек обычным шариком за семнадцать копеек!..

- Ну и что? - подавленно спросил Подболотов.

- А то, что являемся мы, ты - дорогой Петр Иванович! - квадратиком в мозаике, частью какого-то чертовски сложного плана, понять который во всей его масштабности я не то что не могу, а и пытаться не стану. И тебе не советую! Мой опыт подсказывает, - Дудин вздохнул, - поручили тебе стать винтиком, значит, складывай крылья в угол. На время! На время! А потом крутанется Солнце пару раз вокруг Земли, и опять ты... Только я думаю, что в этой истории ты так винтиком до конца и останешься - слишком уж все... Дудин подыскал слово, - фундаментально.

- Ты меня не пугай - я винтик и есть. Я просто не знаю - о чем писать.

- Как это не знаешь? - удивился Дудин. Он снова взял со стола письмо и поднес его к глазам. - Тут же ясно сказано: "в двухдневный срок... отделение хляби от тверди вообще... завершение строительства Вавилонской Башни, в частности..." Вот и напиши, как любишь эту землю, которая даже гроба не принимает, как хочешь, чтобы она вся расцвела, подумаешь, делов-то!

- Ты хоть знаешь, где он, этот самый Вавилон? - с тоской перебил его Подболотов.

- За границей! - сказал как отрезал Дудин. - По-моему, где-то там Иран с Ираком воюют...

- Да кому это все надо?! - прямо-таки взвыл Подболотов.

- А это мы уже по второму кругу пошли... - Дудин аккуратно положил письмо на стол.

- В одном я тебе по старой нашей дружбе помочь могу, Петр Иванович. Есть тут у нас один человек из тех, кто Библию писали. Не то что я его пасу... но приглядываюсь я к нему. Вреда от него пока нет, но сомнения он вызывает определенные... праведным своим поведением. Если хочешь, я пришлю его к тебе для консультации, так сказать. Только ты с ним поосторожнее - у него допуска нет! Впрочем, очень может быть, и не помощь это вовсе.