Леша к тому времени всех сиженых в квартале уже знал, все они возвращались, разрисованные крестами и куполами и даже с какими-то политическими лозунгами на различных частях туловища типа: «Не забуду мать родную!» или еще чего… Но со временем те обязательно спивались, опять с кем-нибудь судились и отправлялись в места не столь отдаленные согласно прописке.

Дядя Андрей на них не был похож, тело его не было разрисовано всякими оскалами, а наоборот, было мускулистым и закаленным, хотя не отличалось размерами. И водку он не хлестал, а бегал по набережным и до десятого пота отжимался, стоя на руках вниз головой. После этого, тоже на одних руках, взбирался по ржавой пожарной лестнице до купола церкви. Такую вот физическую гимнастику делал.

На прошлых Марининых воздыхателей он также похож не был. Те были либо штурманами, либо капитанами дальнего плавания: красавица секретаршей в порту служила. Этот же явно нигде не работал, а, как поговаривали на кухне, там же возле порта крутился.

Кроме того, те всегда были какие-то в присутствии Марины нервные и часто с ней взаимообразно скандалили, видимо, она их не очень любила. Этот же был, как танк, спокоен и вежлив. К тому же было очевидно, что она была влюблена в него как кошка. И еще, у этого изначально, в отличие от тех, не было никакой машины, так что Леша пока не придумал, чем бы его удивить или унизить. Поэтому однажды, когда дядя Андрей упражнения выскочил выделывать, забрался в Маринину келью на предмет чего-нибудь напакостить или деньги у него двинуть, и, к удивлению, в куртке обнаружил настоящий пистолет системы Макарова. С тех пор парнишка стал опасаться своего соперника и глядеть на него уже другими глазами.