Мне очень приятно писать это примечание, поскольку оно убеждает меня, что я на правильном пути: история (понимайте это слово, как хотите), могущая касаться не только всех нас, но и каждого в отдельности, и адресована должна быть тоже каждому.

Что мой старый приятель Паша Нам и понял абсолютно верно.

Владимир Ланцберг.

ЗНАТЬ СВОИХ ГЕРОЕВ!

Ни имени, ни отчества...

Из книги драматурга Александра Володина "Так неспокойно на душе":

"Я увидел его в гостинице "Октябрьская" в компании московских поэтов. Он поставил ногу на стул, на колено -- гитару, подтянул струны и начал. Что начал? Потом это стали называть песнями Окуджавы. А тогда было еще непонятно, что это. Как назвать? Как рассказать об этом, что произошло в гостинице "Октябрьская"?

Окуджава уехал в Москву. А я рассказывал и рассказывал о нем, пока директор Дома искусств не полюбопытствовал, что это были за песни. Я изложил их своими словами. И вскоре в ленинградском Доме искусств был запланирован первый публичный вечер Окуджавы.

Я обзвонил всех, уговаривая прийти.

-- Что, хороший голос? -- спрашивали меня.

-- Не в этом дело, он сам сочиняет слова!

-- Хорошие стихи?

-- Не в этом дело, он сам сочиняет музыку!

-- Хорошие мелодии?

-- Не в этом дело!..

Перед тем как я должен был представить его слушателям, он попросил:

-- Только не говорите, что это песни. Это стихи.

Видимо, он не был уверен в музыкальных достоинствах того, что он делал.

На следующем вечере Окуджавы в Доме искусств стояла толпа.

-- Что такое тут? -- спрашивали прохожие.

-- Аджубей приехал, -- отвечали.

РККА главнее ВЧК!

Другой эпизод, относящийся к бардовской юности Окуджавы, рассказывает в книгах воспоминаний ("Вблизи и вдали", "След в океане") Александр Городницкий:

-- ...С самого момента своего появления авторская песня постоянно запрещалась и многократно предавалась анафеме с высоких трибун и в печати.