Тетрадь сия имеет забавную историю, а именно: оная была засунута мною на дальнюю полку и не попадалась на глаза в течение пяти-шести лет - до той поры, пока из С.-Питербурга не явился на каникулы мой племянник Евгений - личность столь пламенная и кипучая, что на семь верст вокруг него земля горела и кипели источники. Малый сей, по его собственному выражению, вращался в самых высокообразованных кругах, и напичкан был вздором по самую макушку (распространено мнение, будто культура и образование движется на перифирию из столиц, так, должно быть, там их и делают...). Хотя ему нельзя было отказать в уме, однако же наши взгляды на современные течения изящной словесности и философии рознились весьма сильно, что стало причиной длинных споров. Споры сии разносились по окрестным селениям и носили довольно таки односторонний характер, а именно: он меня обличал, я же, со своей стороны, помалкивал.

Дело кончилось тем, что Евгений перевернул вверх дном всю фамильную библиотеку и добрался до моих записок. А в довершении всего, обнаружил пропавшую тетрадь с греками. Уж не знаю, чем оные ему так насолили, но ополчился на них несказанно, и палил из всех калибров, используя мои же собственные комментарии в качестве аргументов. Особенно досталось Платону и Аристотелю, а несчастный Сенека Младший обратился в мелкий порошок. Упор делался на то, что меняются времена, меняются люди, и то, что раньше было хорошо, теперь стало дурно, и что развитие естественных наук все исправит. Мельком были задеты отцы и дети - до матерей, слава Богу, дело не дошло. Когда же племянник отбыл назад в столицу, я обнаружил свои записки в крайнем беспорядке и принужден был разбирать все заново.

Именно этим обстоятельством объясняется мой отказ передать Вам известные тетради. Теперь же делаю это, хотя и без особого удовольствия. Перед отправкою еще раз бегло просмотрел все, и не обнаружил ничего, достойного похвалы. Равно как и полезного для себя (Вам известно, чем я теперь занимаюсь). Не могу представить, для чего вы хотите употребить мои списки, ибо существует немало сборников речений и древних и нынешних авторов, а что до комментариев, то всякий мало мальски образованный человек изготовит их в угодном количестве, была бы в том нужда.