Я жив, я бодр, я, ей-богу, почти доволен собой, я при деле, я перспективен, я шагаю по главной улице мимо витрин и зашторенных окон ресторанов, сознавая, что сегодня я отлично потрудился, что у меня есть жена, которая присмотрит за домом, если мне вздумается недельку-другую поваляться на золотых песках Болгарии. Пора Вере отбросить ложный стыд. Нормы морали не для того придуманы, чтобы непременно их нарушать, но и не для того, однако, чтобы перегружать и отуманивать ими свою голову. Пришла пора отдаться мне сполна, как в этот тихий час миллионы женщин по всей земле радостно и жадно отдаются миллионам мужчин. Поторопись, Вера! Может статься, завтра ты узнаешь, что я изменяю тебе с женой Валечкой, ради которой бросил грубую, скандальную Раю, а узнав, в негодовании побежишь от меня прочь.

Повстречаться бы сейчас с миленькой! Желаю видеть Веру, а вижу - пока еще в отдалении - нелепую, карикатурную фигуру Суглобова, знакомца по школьным годам, школьного козла отпущения, бедного недоумка. Как только такого держали среди нас, полноценных и приличных? Я, пока он меня не заметил, сворачиваю в магазин, занимаю очередь за сыром или колбасой, мне все равно, лишь бы меня этот тип не заметил, и вдруг вижу, что нет ни колбасы, ни сыра, где продукты? вспыхиваю я, недовольный, выражающий недовольство народных масс, а на прилавке лежат только жалкие сморщенные кусочки какого-то фарша, я напрягаюсь и делаю вид, что они-то мне и нужны. Но вдруг я вижу, что в магазин входит Суглобов. Такого и в магазине терпения не хватит терпеть. Он направляется прямо ко мне.

- Стою за фаршем, - растерянно говорю я, жалобно блею.

Он смеется, словно в том, что я стою за фаршем, заключается нечто комическое. Что поделаешь, беру фарш, а прохвост-недоумок не отстает, делится со мной какими-то соображениями, ничего не поделаешь, я беру конфет - как если бы для Веры, на худой конец для Валечки, а он развивает какие-то идеи, на нас оглядываются, он в полном бреду, я начинаю чувствовать, что почва уходит у меня из-под ног, я уже как-то даже слаб и беззащитен и беру водку, что поделаешь, я, горе мне, эту водку выпиваю, я становлюсь пьян и весел, жизнь полна неожиданностями, и я простодушно смеюсь.

***

Нежная душа Никиты, к ней взываю и о ней пою. Сочинял мой друг романсы...