И вовсе не важно, что ты набрел на это место первым. Какая разница?

Первым очутиться даже хуже, ибо у тех, кто приходит следом, аппетит больше твоего, частично уже удовлетворенного. Подвинуться попросит он тебя, и устало зевнув, ты уступишь ему место.

Недовольство ребенка родительской властью и паника взрослого перед ответственностью – вещи одного порядка. Это одно и тоже. Все боятся прыгнуть в неизвестность. Нам видится этот прыжок страшнейшим испытанием.

Но когда мы осознаем, что все это глупость жизни, мы прибегаем к алкоголю, и топим в нем мозги. Воистину счастье – это не отсутствие желаний, это множество надежд и никакого опыта.

Эх – ма! Думаю, можно, например, выдумать совершенно новый запах духов. И назвать красиво, типа «Роза Кавказа»''.

Исаак был способный человек. Еще с детства любил он парфюмерию. Его научил этому дед Меер Елизарович. Меер Елизарович родился больным. В детстве невыносимо дико и гадко пахло от него, стеснялся этого порока своего. А что ж делать? Хотел даже убить себя. Утопиться в море, надеть на шею камень, завязать руки, и со скалы прыгнуть вниз.

Но потом подумал, а что если превратить минус в плюс. Одна вертикальная черточка, и все! – плюсом стал минус!

Он начал проверять свое обоняние, оно у него было шикарным. Он мог определить за километр даже запах менструации молодой девицы.

Однажды Меер подошел к одной дивчине. В Баку это было, еще до войны.

Проверить захотел свои познания в этой области на практике, то есть, конкретно. Девица была местной – азербайджанкой. Стеснительная, домашняя чувиха лет семнадцати. Так Меер ее и спросил, подойдя вплотную, прямо у обочины:

– Девушка, только не обижайтесь, скажите честно. У вас пизда от менструации так воняет? Скажите, мне нужно это знать! Нужно! Скажите, скажите!!!