И вот наконец Ласточка пригласила его в гости. Кроме них, была еще та девица, на которую он не обратил внимания на стадионе.

На столе стояла бутылка вина, большой торт с кремовыми розами, а рядом с ним принесенный Егором маленький двенадцатирублевый тортик. Егору было совестно за свое скромное приношение, и разговор не клеился. Ласточку вызвали в коридор к телефону. Девица сказала:

– Мы с вашей Ласточкой нынче чуть было не вляпались.

– Во что? – рассеянно спросил Егор, прислушиваясь к милому голосу в коридоре.

– В жуткую историю. У них в трикотажном отделе десять продавщиц. Небось она вам говорила – ведьма на ведьме!

– Нет, я этого не знал. Неужели? – огорченно спросил Егор, представив себе, как его Ласточке трудно работать в таком окружении, словно на Лысой горе. А ему эти продавщицы казались симпатичными. Как можно ошибаться…

– Гадюки, – подтвердила девица. – Воображают, если у них бригада отличного обслуживания, так они должны из себя святых корчить! Ну уж ладно, которые комсомолки, так ведь и старые бабы туда же!

– Я что-то не понимаю, – сказал Егор.

– Уж будто вам Ласточка ничего не рассказывала! – Девица завлекательно улыбнулась и погрозила коротеньким пальцем с толстым кольцом. – Ведь только сейчас и пользоваться, пока в продажу поступают шикарные вещи в ограниченном количестве. А когда ими прилавки завалят – поздно будет. И вот, нынче выбросили свитера, джемпера, полуверы…

Егор довольно хорошо знал английский, и ему стало смешно, что толстая девица слово «пулёвр» произносит, как «полувер». А она продолжала:

– С каждого полуверчика очень просто по сотне заработать. У меня с Ласточкой контакт. Я прихожу, а у нее уже товар выписан. Я чеки – цап! Мое дело сбыть, а барыши пополам.

В комнату впорхнула Ласточка и уселась рядом с Егором.

– Что приуныл?

– Приуноешь, – сказала девица. – Жоржик за тебя переживает, что твои гадюки слежку устроили… – И вдруг она взвизгнула, сердито уставившись на Ласточку: – Ты чего это под столом лягаешься?