- Я хотел бы сыграть с вами. У вас благородные лица истинных донов, а мне, видите ли, не хватает денег на трамвай. Эти гнусные рыбаки и рабыни вытащили все, что у меня было. Мерзавцы переглянулись. - Синьор, - грозно сказал один. - Почему вы оскорбляете нас? - В каком это вы смысле? - поинтересовался граф и тут же получил по морде. - Ты назвал меня женщиной, гнусный гринго! - бесновался звероподобный апельсинец. - Ты ответишь за это! - Разве я назвал тебя женщиной? - удивился граф, схватившись за щеку. - Странные у вас понятия об апельсинском языке!.. Впрочем, все равно. Я хочу играть. Мне нужна мелочь на такси, чтобы выбраться из вашего гостеприимного квартала. Звероподобный прорычал длинное апельсинское ругательство и снова взялся за карты. - Садитесь, синьор, - предложил молодец, одетый, как попугай какаду, собравшийся на первое свидание. - Я проигрался! Он уступил графу свое место. Дебош укрепился на колченогом стуле, огляделся вокруг и принял карту. - А на что ты будешь играть, хотел бы я знать? - прорычал звероподобный. Дебош сорвал с шеи медальон. - Это все, что осталось у меня от мамы! - Он взрыднул и бросил безделушку на стол. Звероподобный попробовал золото на зуб и, кажется, удовлетворился. Началась игра. Дебош проиграл медальон, потом шляпу, потом галстук, потом жилет. Потом он отыграл жилет, галстук, шляпу, медальон (который снова повесил на шею, при этом не забыв утереть скупую мужскую слезу), потом карта пошла такая, что вскоре уже звероподобный снимал с себя шелковую рубаху. - Да он же мухлюет!! - вдруг заорал кто-то из игроков. Дебош как будто ждал: мгновенно сунув в карман горсть бумажных денег, он сорвался со стула и, опрокидывая столики, опрометью помчался по улице. Шулера с гиканьем и свистом погнались за ним. Но на счастье графа на авениду выплыло карнавальное шествие, и он мгновенно затерялся среди голых задниц, перьев и вееров. Пробравшись сквозь бесконечное шествие, он снова оказался в грязном переулке.