— Тише ты!..

— А чего тиш-ше? — шипит Злючка. — Надоело!

Схватила ее за руку Кикимора, утащила в дальний угол. А у Ванечки слух острый, все на лету ловит.

— Пусти ты меня, старая, к людям, — заседает на Кикимору Злючка-Гадючка. — Опротивела мне твоя канцелярия Живого дела душа просит.

Подскочила Ябедка, дергает Кикимору за подол:

— Не верьте ей, тетенька! Ей в кино хочется, на танцы.

Отмахнулась от Ябедки Кикимора, шепчет Злючке на ухо:

— Пущу… Право слово, пущу! Ни секундочки держать не буду! Только с мальчишкой помоги. Надо его на ноги поставить…

— Обещать ты умеешь, — недоверчиво щурит свои желтые глаза Злючка-Гадючка. — Но учти, я тебе не Капризицы, не Упрямцы. Меня вокруг пальца не обведешь.

Ванечка сидит на диване, дырочку в чехле нашел, расковыривает. Подошла Злючка, посмотрела подозрительно:

— Ну, пошли, что ли!

За ними Кикимора торопится, скорее дверь на запор.

Глава десятая, в которой Ванечка проваливается на экзамене, но это остается в секрете

Вышел Ванечка вслед за Злючкой-Гадючкой на крыльцо, осматривается. Кругом все бурьяном заросло. Из бурьяна торчат кривые черные стволы. Когда-то, должно быть, деревья были, а сейчас мертвые коряжины.

От покосившегося замшелого крылечка ни дорожки, ни тропиночки. Злючка не спешит, подняла гибкие руки, закинула за голову — потягивается. И кажется Ванечке, что и девчонка эта, и мертвые деревья, и вросшая в землю избушка с бабкой Кикиморой — все это неправда. Не бывает такого на самом деле. А что если он просто уснул и никак не может проснуться? Тайком, чтоб не видела зеленая девчонка, ущипнул себя Ванечка за руку. Хоть и больно, а все осталось как прежде. Страх напал на мальчишку: